Wikimedia Foundation
Уж если медь, гранит, земля и море
Не устоят, когда придет их срок,
Как может уцелеть, со смертью споря,
Краса твоя – беспомощный цветок? |
- сокрушался Шекспир в таком далеком от нас XVI веке. Но уже тогда – и раньше – светлые головы стремились укрепить позиции "беспомощного цветка" в споре с жестоким временем. Увы, тогда человек, достигший 30 лет, не считался молодым вовсе не потому, что продолжительность жизни была намного короче.
| Жили почти столько же, сколько и сейчас – посмотрите на даты жизни исторических лиц. Конечно, умирали и молодыми, но чаще от болезней, которые тогда не умели лечить. |
Просто в те времена, когда "половина женщин умирала родами, а половина детей – в младенчестве" - по утверждению М. Дрюона, - гигиена находилась в плачевном состоянии, а различные болезни, так или иначе, оставляли свои знаки на лице и теле. Так что к этим же 30 годам этих знаков и последствий нечистоплотности собиралось достаточно, чтобы испортить даже прекрасные от природы внешние данные.
И первое, что говорило о неумолимости перемен, – это жалкий беззубый рот. Проблема эта не обходила ни бедных, ни богатых. А с дантистами тогда было туго: профессия была не престижной. Еще в XIX веке в Англии не принимали в обществе хирургов и дантистов из-за того, что они "работали руками". В случае с дантистами дело осложнялось еще и тем, что были они сродни палачам: в эпоху средневековья зубы иногда удаляли преступникам по приговору суда. Так что стоящего профессионала найти было сложно. Зато широко практиковали всякие горе-лекари, которые заставляли больного сидеть с открытым ртом по нескольку часов против луны, поскольку лунные лучи должны были оказывать благотворное влияние на больные зубы. Возможно, из-за подобного лечения, практиковавшегося в 17 веке, Король-Солнце остался без зубов к 29 годам.
Wikimedia Foundation |
Но, к его счастью, были уже в ходу изобретения гениального цирюльника Амбруаза Паре, придумавшего много чего полезного, и, в том числе, — искусственные зубы, которые делали из слоновой или бычьей кости. (В средневековье чаще довольствовались деревянными протезами - думаю, такая улыбка в буквальном смысле могла обезоружить). Изобретение Паре укрепляли на соседних зубах с помощью золотой проволоки. Идею золотой проволоки Паре позаимствовал у итальянских собратьев по профессии, которые пломбировали зубы золотом с 15 века. Хотя вообще-то искусство изготовления зубных протезов было известно этрускам, финикийцам и грекам. Вставные зубы делали обычно из костей животных. Но протезы из слоновой кости могли в любой момент выпасть изо рта, поскольку не имели фиксирующих пружин и спиралей. Их изобрел в XVIII столетии цирюльник Фошар, ставший прославленный парижским дантистом. В 1728 году он изобрел бормашину, а за пять лет до этого опубликовал сочинение, в котором описывал не только болезни зубов, но и приспособления для протезирования. Среди изобретений Фошара, пациентами которого были Людовик XV и маркиза Помпадур, - прообраз современной металлокерамики (он надевал золотой колпачок на зуб из слоновой кости и покрывал золото слоем обожженной эмали из фарфора) и зубов на штифтах (золотой штифт вставлялся в отверстие, сделанное в челюстных костях).
Так что красавицы эпохи рококо уже могли быть спокойны за свою улыбку. И не только за улыбку: руки, выдающие возраст, скрывали перчатками, стройная талия и прямая спина достигались с помощью корсета.
Wikimedia Foundation
Так что приходилось выкручиваться с помощью вшиваемых в корсаж шелковых и хлопчатобумажных подушечек – прообразов подкладок Wonderbra. Соблазнительницы Возрождения уже не гнушались восковыми прелестями (в изготовлении которых весьма преуспели венецианские мастера). А чуть позже дамы, которым не посчастливилось иметь желаемые формы, обращались к помощи технической мысли. Как пишет Э.Фукс в "Истории нравов", в лондонском журнале 1790 года говорилось: "Значительная часть женского бомонда, которой природа не дала пышного бюста, прибегает к искусственному, сделанному из кожи телесного цвета с нарисованными прожилками. Особая пружина позволяет ему ритмически вздыматься и опускаться".
И, конечно, во все времена ценилось молодое гладкое лицо. Но какими бы чудесными свойствами ни обладали кремы, мази и притирания, возраст плюс неблагоприятные факторы делали свое черное дело. Каждая дама – и каждая эпоха - видели решение этой проблемы по-своему. Шелковыми масками, закрывающими больше, чем пол-лица, обзаводились для выходов в свет красавицы XIV века. Так, Диана де Пуатье, фаворитка короля Анри II, с 50 лет носила в свете маску, чтобы никто не видел, что стало с ее красотой, названной Брантомом "совершенной". Кроме того, выручало колеблющееся пламя свечей по вечерам. А на улице дамы нередко прикрывали лицо вуалью – вовсе не из-за стыдливости или склонности к восточным обычаям.
Но только эти методы не годились уже к концу XVII века, когда, сверкающая холодной позолотой, зеркалами и бриллиантами, эпоха Людовика XIV, а затем почти весь XVIII век закружились в вихре нескончаемого наслаждения.
Мало было скрыть возраст, надо было казаться вечно юным и полным жизни.
Тогда в моду вошли пышные парики, под которыми "свои" волосы туго заплетались в многочисленные косички и закреплялись, "натягивая" кожу лица.
Кроме пудры и румян для маскировки недостатков кожи использовались мушки, как нельзя кстати вошедшие в моду.
Wikimedia Foundation |
В критических случаях на помощь приходили пламперы - подушечки из пробки или хлопчатобумажной ткани, придающие лицам нежную округлость юности, а щекам – приятную пухлость. Их держали во рту для коррекции овала лица. Представляю, как нелегко было при этом вести остроумную беседу! Тогда, видимо, и родилась французская присказка: "будь красивой и молчи!"
Еще одним признаком молодости были яркие губы. И чтобы подчеркнуть их свежий цвет, дамам в давние времена приходилось проделывать хитрую манипуляцию. Дело в том, что помадой тогда было принято пользоваться мужчинам. От них не отставали куртизанки и артистки. А порядочным женщинам – и думать об этом было нельзя. Но именно они изобрели то, что можно назвать праматерью татуаж-окраски губ. Бралась щепотка хны, заливалась двумя наперстками кипящей воды, добавлялось несколько капель гвоздичного или оливкового масла, и тонкой кисточкой теплая масса тщательно наносилась на губы, а через четверть часа смывалась. И губы в течение суток были цвета спелых вишен – без опасности оставить предательский след… на краю бокала, естественно.
И хотя XVIII век был влюблен в изящество Восточной Азии – от этой любви и родился стиль "шинуазри" - в Европе тогда не прижилась японская традиция рисовать брови на набеленном лице. О наращивании бровей приходилось только мечтать, но красавицы (и красавцы) рококо не унывали, а лихо лепили себе густые шелковистые брови, сшитые из…мышиных шкурок.
Wikimedia Foundation |
Разумеется, при использовании такого богатого арсенала средств не могло не возникнуть забавных случаев, когда алчущая удовольствий старушенция выдавала себя за юную красотку и дурачила незадачливого кавалера или целое общество.
Немало таких курьезов описано в итальянских, английских и французских романах того времени. А в Англии был принят закон, позволяющий мужчине немедленно развестись, если жена его склонила к женитьбе посредством обмана – под обманом подразумевались, в том числе, косметические средства и прочие "хитроумные приспособления".
|
